Игра воровки. Клятва воина [ Авторский сборник] - Джульет Маккенна

Я вдруг понял – оценщик говорит о гравировке на мече.

– Делатан, да, это, несомненно, его рука, этот кузнец работал в последние годы Империи. Скажите, эсквайр, это – фамильная вещь?

– В некоторой степени, по боковой линии.

Я забрал меч и нарочно копался, пристегивая его, чтобы не встречаться взглядом с этим человечком. Но он не унизился до вульгарных расспросов.

– Сколько бы этот меч получил на торгах, просто ради интереса?

Оценщик был достаточно вежлив, чтобы поверить мне на слово, несмотря на мою явно неаристократическую наружность.

– Я бы ожидал предложений свыше двух тысяч крон. Мы могли бы продать его для вас, если по какой-то причине вы желаете с ним расстаться, но я честью обязан сказать: мы, как правило, не торгуем мечами, и вполне возможно, что вы получили бы лучшую цену где-нибудь в другом месте. На самом деле у нас нет клиентов, ищущих такие вещи. Если вы свернете во второй переулок за фонтаном на стороне Залива, то найдете торговцев, которые специализируются на клинках, – добавил он немного неохотно.

– Большое спасибо.

Я помахал на прощание и вышел на улицу, потом, следуя его указаниям, зашагал к Заливу. Когда я увидел лавки, торгующие абсолютно всем, от дамских кинжалов с костяными рукоятками до надежных мечей, способных защитить стражников от любых попыток причинить им вред, мою душу согрело удовлетворение. Займусь поисками небольшого, но хорошего клинка для Ливак, решил я, это будет лучшим поводом находиться здесь. К тому же я давно мечтал сделать ей подарок.

Я отверг длинный аукционный зал, в двух открытых проемах которого с шумным азартом толпилась модная молодежь, пробуя непрактичные рапиры. Это место выглядело слишком оживленным и скорее всего было бы слишком честно сообщить мне больше того, что я уже знал об этом клинке. Тихая мастерская в стороне от главной дороги сулила лучшие перспективы, пока я не увидел группу небритых бездельников в переулке напротив. Когда ушел покупатель, напутствуемый дружеским хлопком по плечу от рябого мастера, от той группы отделился один и неторопливо последовал за беспечным купцом. Я запомнил имя на вывеске, чтобы передать Меллите, – за эти сведения она наверняка сможет купить услуги Стражи. Небрежно, но открыто положив руку на рукоять меча, я потопал дальше.

На оживленной мостовой остановился, раздумывая, в какую сторону пойти. Первоначальное возбуждение угасло, и знакомая боль утраты кольнула в груди. Как же мне не хватает Айтена, ждущего меня в каком-нибудь проеме, следя за моей спиной, прежде чем в свою очередь задавать вопросы и болтать с людьми, пока я высматриваю того, кто слишком им интересуется. Это была работа для двоих, и поскольку Хэлис связана своей ногой, а маги не надежнее восковой руны, возможно, мне следовало подождать Ливак. «Тогда тебе нечем было бы похвастаться перед ней, когда она вернется с названием трактира, где остановились эльетиммы, и расскажет, что они ели на завтрак».

Я попытался засмеяться, но не смог избавиться от гнетущего беспокойства. Я круто свернул в открытые ворота и прошел задами на боковую улочку. Спрятавшись за повозкой торговца шелком, подождал минуту-другую, не выйдет ли кто из переулка, разыскивая меня. Никто не вышел, но затылок все равно покалывало.

– Не иначе как элдричский человечек наступил на твою тень, – высмеял я себя с некоторым раздражением.

Мастера этой улочки занимались более обыденным ремеслом. Я перешел на другую сторону к кузнице, за открытыми ставнями которой были выставлены как старые, так и новые клинки самых разных стилей. Я остановился, взлохматил чересчур отросшие волосы и потянул шнуровку на куртке, чтобы малость ее перекосить. Ссутулил плечи и вошел внутрь.

– Доброе утро. – Я старался растягивать слова, как те портовые мальчишки, которыми все детство стращала меня мать.

– Полдень давно уж пробило, друг, – буркнул кузнец, коренастый мужик с мускулистыми руками в шрамах от ожогов и черными глазами, в которых было столько же тепла, сколько его в мокром угле. – Добрый день.

– Я тут хотел спросить, что бы ты мог сказать мне об этом мече? – Я криво усмехнулся и зашаркал ногами по пыльному полу.

Он протянул руку за клинком и разочарованно опустил уголки рта.

– Где ты его достал?

– Одолжил у брата, – хихикнул я, вспоминая, как однажды утащил у Мисталя довольно непристойную резьбу, которую брат прятал в своей сумке с инструментами в мастерской нашего отца.

– Эти выгравированные листья – это стиль Делатана, но это не Старая Империя. – Кузнец равнодушно пожал плечами. – Впрочем, неплохая копия тормалинской чеканки, я дам за нее двести крон.

– Да это целая куча денег! – бессмысленно заухмылялся я. – Но мне покуда не нужно его продавать.

Кузнец нахмурился и сунул мне клинок обратно.

– Тогда зачем ты тратишь мое время?

Я ссутулился и снова зашаркал ногами.

– Ну, в таком городе трудно знать, когда тебе могут понадобиться несколько лишних монет.

Я похотливо хихикнул, и кузнец широко улыбнулся в ответ.

– Это верно. Если ищешь приятную, чистую девицу, попробуй «Дыру в Стене», возле Фонарного переулка.

Я кивнул с излишним энтузиазмом.

– Спасибо за совет.

Кузнец сделал хитрую попытку изобразить внезапно пришедшую мысль.

– А знаешь, может статься, у меня есть покупатель, который заинтересуется твоим мечом. Где, говоришь, ты остановился?

– В «Шляпе с Пером», – с готовностью ответил я. – Еще раз спасибо.

Волоча ноги, я вышел из мастерской, доплелся до ближайшего угла и, только завернув за него, выпрямился, чем напугал пару прохожих. Но мне было не до них, я понял с досадой, что продолжать эту игру не так-то просто. Будь со мной Айтен, я бы оставил его следить за дружелюбным кузнецом, а сам рванул к «Шляпе». Возможно, Ливак могла бы занять место Айтена, если б не возникала со своими идеями, но меня не прельщала мысль, что она будет слоняться тут в одиночку. Я не мог бы оставаться с ней, не вызывая подозрений, даже если бы мы как-то уговорили Хэлис покараулить в «Шляпе». Нет, я не думал, что Ливак не может постоять за себя – я слишком хорошо знал, на что она способна, – но я не хотел рисковать: ведь какой-то эльетимм заметит ее, покрашены ее волосы или нет.

Меня снова охватило беспокойство. Я повернул обратно к концу переулка и, глядя на кузницу, мучительно соображал, как лучше поступить? Однако мысли разбегались, а в горле вдруг пересохло. День стоял теплый, это верно, но я не так давно ушел из дома, чтобы изнывать от жажды. Я потер лицо, но стало только хуже. Перед глазами поплыл туман, уличный шум как-то странно исказился, эхом отдаваясь в ушах, а затем потерялся в грохоте, похожем на грохот прибоя. Меня прошиб холодный пот, рубашка прилипла к телу, и я привалился к стене на внезапно ослабевших ногах. Кровь стучала в голове, как молот Мизаена, паника сдавливала грудь и, угрожая задушить, хватала за горло.